GUITARBLOG.RU

Гитарно-музыкальный исторический журнал

В продаже новые шикарные гитары FGN (Fujigen) японского производства по цене от 39 000 рублей

Brian Setzer

 

Wolfgang's Big Night Out

 

 

 

Guitar Player, Октябрь 2007

 

Интервью Мэтта Блэкетта

Перевод с английского

 

 

 

Брайан Сетцер снова это сделал. Парень, который добился успеха в '80х с сокрушительным рокабилли-бэндом Stray Cats, уже ответил на вопрос: "Что вы исполните на бис?" Он произвёл свинговый фурор со своим биг-бэндом, где он руководил собственным оркестром, с громким как преисподняя Гретчем, чередуя свои собственные композиции с каверами мелодий Луи Примы и шедевров Либера и Столлера. Сетцер мог остановиться на достигнутом успехе и продолжить свою карьеру в этом ключе, однако его жажда к творчеству не была удовлетворена. Именно поэтому следующим шагом Сетцер взял на себя задачу переосмыслить, переаранжировать и полностью свингифицировать Баха, Моцарта, Бетховена и кучу других композиторов тех дней (если под словом "день" подразумевать 1700е годы).

 

Какой бы странной ни казалась эта идея, аранжировки гитары и биг-бэнда на Wolfgang's Big Night Out вполне осмысленны, и они звучат стильно, свежо и рок'н'рольно. А Сетцер остается мятежным бунтарём, который настолько увлечен гитарами и музыкой, что едва может сдержать себя (он получает награду "Самый поющий" из гитаристов нашей рубрики "Интервью"), и его энтузиазм столь же вдохновляет, как и заразителен.

Все считают вас парнем, который вернул в общественное сознание не только стиль рокабилли, но и свинговых биг-бэндов. Вы думаете, что Вы можете сделать то же самое с классической музыкой?

 

[Смеётся] Спасибо за комплимент, но на самом деле я просто играю вещи, которые мне нравятся. Например, когда я играл Голубой Дунай в классической аранжировке, я подумал: "Интересно, смогу ли я сделать это свингом?". Так что я немного заменил аккорды на джазовые. Я взял G13, и подумал: "Погоди-ка, в этом что-то есть", Я подумал, что классическая мелодия круто звучит с этим аккордом, поэтому я продолжил играть в таком ключе, заменяя аккорды. Тогда же я подумал: "Я нашёл что-то новенькое, я должен записать это!"

 

Что стало следующим шагом?

 

Я взял несколько дисков с классикой и выбрал самые популярные мелодии. Конечно же, некоторые из этих композиций оказались довольно продолжительны по времени — они могли длиться полчаса или дольше, и я не был уверен, что люди смогут дослушать до конца подобные произведения. Именно поэтому я выбрал самые известные фрагменты [смеётся]. Я отбирал все части композиций с хорошими музыкальными приёмами, сидя с портативным кассетником Sears, листом бумаги и карандашом. Найдя нужный фрагмент, я жал паузу и записывал услышанное с помощью аккордов и отдельных нот. Чтобы переделать классические произведения в свинг, необходимо сохранить мелодию, но изменить ритм и переработать аккорды.

То есть оркестр исполняет ваши аранжировки?

 

Некоторые мелодии были аранжированы мной и Марком Джонсом [тромбонист и аранжировщик Brian Setzer Orchestra], например, Some River in Europe, которая является нашей интерпретацией Голубого Дуная, For Lisa — наша версия "Бетховен встречает Джанго", а также Honey Man. Однако это настолько сложно, что если бы мы с Марком занимались так каждым произведением, то мы до сих пор бы ещё не закончили эту работу.

Фрэнк Комсток — единственный человек, о котором я с уверенностью могу сказать, что он понимает моё творчество. Он написал гениальную аранжировку для нашей версии Щелкунчика вошедшей в состав альбома Boogie Woogie Christmas. Ему 84 года, он очень забавный ворчливый старикашка. Когда я предложил ему написать аранжировки для классических композиций, он сказал, что не занимался подобными вещами с '60х. Последняя вещь, написанная им, была тема для Приключений Рокки и Бульвинкля [напевает], слушая её сразу видно его нестандартное творческое мышление. Именно он написал прекрасную аранжировку для Пятой Симфонии Бетховена, которая у нас называется Take the 5th, и получилась очень удачной. Он написал аранжировки к семи или восьми вещам.

Он сделал их за четыре дня и извинился, что занимался этим слишком долго. Он сказал: "В былые времена я бы сделал это за пару часов". Мы с Марком улыбались, ведь нам бы потребовалось около трёх недель, чтобы сделать хотя бы одну. Мне нравятся аранжировки, которые мы поместили на пластинку, потому что они более типовые и основаны на гитаре, но материал, написанный Фрэнком, очень сложен и красив, а его творчество — уже утраченное в наше время искусство.

 

Группа играет под клик?

 

Они вручную записывают ритмический отсчёт. Потом включают запись и начинают играть. Все эти безумные смены темпа и размера, которые вы слышите, записаны заранее. Это была самая сложная запись, которую я когда-либо делал.

 

Вы записываетесь вместе с оркестром?

 

Нет. Я обычно сидел в другой комнате и наблюдал за живым оркестром через стекло. Мне намного проще вносить свой вклад уже позже, когда оркестровые части композиций записаны. Например, для Wolfgang’s Big Night Out сначала без меня писались ударные и духовые инструменты на Capitol Studios. Это просто лучшая студия для биг-бэнда, на ней записывался Нэт Кинг Коул. Ребята потрясающие - они играют вживую за четыре или пять дублей, а затем приезжают уже с готовым материалом ко мне в горы, в Миннеаполис, где я живу.

 

Ваш звук меняется почти каждую минуту в этой песне.

 

Настройки усилителя неизменны, я просто могу по-разному извлекать ноты — медиатором, либо пальцами. Это мой '59 Gretsch 6120 на бриджевом датчике.

 

В композиции 1812 Overdrive Вы играете партии вместе с саксофоном, и два голоса идеально сочетаются. Вы подгоняли свой звук под звучание духовых?

 

Мне действительно очень нравится звучание там. Но нет. Я не думал смешиваться с саксофоном. Я просто пытался получить звук, который мне нравится. Когда я играю аккордовое соло в этой песне, я прям хотел съесть этот звук ложкой. Единственное о чём я думал, чтобы звук был чистым, хотел, чтобы было слышно каждую ноту в аккорде. В одноголосых линиях я немного приглушал струны, чтобы добавить немного мяса.

 

А как насчёт этого разнообразия звуков в Take a Break Guys?

 

Это моя версия God Rest Ye Merry Gentlemen , и я как бы хотел всё это уместить в рамках одной песни. Она начинается с сёрфового звука. У нас был Twin '64го года, тремоло и ревер звучали просто великолепно. Я хотел, чтобы соло звучало по роковому, а не по рокабильному, поэтому я использовал примочку овердрайва. Я забыл производителя. Затем я включил фузз-вау для звучания криминальной драмы '70х. Вы её знаете, Ангелы Чарли [смеётся].

Вы когда-нибудь использовали раньше эффект вау на записи?

 

Да, когда-то давно, когда играл в Stray Cats. Многие примочки для меня как игрушки, они звучат забавно лишь несколько минут, потом надоедают. Однако есть и такие, которые я постоянно использую уже много лет — это ленточное эхо, ревер и тремоло. Примочки пользуются огромной популярности среди многих музыкантов, однако я использую их лишь изредка. Например, в композиции Take a Break Guys использованы эффекты овердрайв и вау, и звучат они там великолепно.

 

Как вы собираетесь играть все это вживую?

 

Это будет трудно, но забавно, я собираюсь исполнить эту программу в моем Рождественском туре. Я не могу запомнить, как играть такое большое количество материала, поэтому буду использовать пюпитр для нот на концертах.

Вы знаете, классические композиторы были рок-звёздами своего времени, их мелодии слушают и знают и сегодня, спустя 300 лет. Я сделал нечто новое с классической музыкой. Когда я пытаюсь описать на словах то, что я играю людям, они не понимают. Но как только они слышат [поет вступление к Пятой Симфонии Бетховена]: "Та-Та-да-дааа", то улыбаются и говорят: “А-а-а, я это знаю!"

Как вы записываете гитару?

 

Большинство ритм-партий я играл на моей старенькой D'Angelico. Она просто создана для свинга, особенно в быстрых вещах. Что касается более спокойных вещей, электрогитара тут работала лучше, поскольку вы добавляете немного слэпбэка и шагающего баса. В качестве усилителей мне нравится мой маленький 15-ваттный Supro и Fender Bassman, каждый из которых обладает уникальными звуковыми характеристиками, поэтому, когда один из них не очень подходит для песни, я переключаюсь на другой. Мой звукорежиссёр Джон Холбрук записывает мои усилители с помощью ленточного микрофона Royer и конденсаторного Neumann. Мы получаем большую часть эквализации, смешивая уровни микрофонов, а не меняя настройки на усилителе.

 

Можете ли вы пробежаться по конкретным примерам и рассказать об оборудовании, которое мы слышим?

 

В композиции Take the 5th использовалась моя новая именная гитара Gretsch со струнами D’Addario (десятка) и усилитель Supro. Обычно для более мягкого звука мы используем Supro, а для более резкого и тяжелого — Bassman. Основная гитара на альбоме Wolfgang’s Big Night Out – это Gretsch 6120 со струнами двенадцатого калибра. В композиции Swingin’ Willie-нашей версии увертюры из Вильгельм Телль –  D’Angelico. Этот ритм-тон прекрасен, он как масло. Струны этой гитары – сет D’Addario фосфорная бронза тринадцатого калибра.

 

Почему струнам придаётся такое большое значение?

 

Это ещё один способ получить разное звучание без изменения настроек усилителя. Эксперимент с калибрами струн отличает эту запись. У меня было три электрогитары с сетами десятка, одиннадцатый и двенадцатый, а также D’Angelico с тринадцатым калибром для этого мощного грохочущего звука. Все электрички звучали немного по разному, и я должен сказать, что десятка по-прежнему звучала для меня лучше всего. Вы могли бы подумать, что двенашка будет жирнее и плотнее, но это не так. Они просто разные, может немного чище.

 

Трудно ли было играть Полёт шмеля, звучащий в Honey Man?

 

Нет. Я вроде как безбашенный гитарист, так что это вполне естественно. В начале композиции я использовал переделанный каподастр, который прижимает только первую струну на первом ладу, поэтому я мог переходить с F# к F, не сдвигая позиции. После этого я просто снял его и доиграл остальную часть песни.